«Это было лучшее из всех времен, это было худшее из всех времен, это был век мудрости, это был век глупости; это были годы Света, это были годы Мрака; у нас было все впереди; у нас не было ничего впереди; это была эпоха веры, это была эпоха безверия; это была весна надежды, это была зима отчаяния».

Эти строки как нельзя лучше подходят к истории Европы дученто и треченто (12-й и 13-й века), ко времени, когда жил и творил последний поэт Средневековья и первый поэт Возрождения – Данте Алигьери.

Это была эпоха наивысшего расцвета средневековой культуры, но и явственно обнаруживающегося кризиса. Это была эпоха кровавых междоусобиц, но и относительного единства Европы. Общим было чувство важности свершающихся событий, которые нужно было истолковать, в которых нужно было принять участие на той или иной стороне. Это была эпоха, которая много размышляла сама о себе. Эпоха штормового океана событий с небольшими островами стабильности. Это было время духовного подъема – восторга полета в начале падения.

Это было время крестовых походов, время контакта с культурой более высокого уровня, что помогло осознать Христианскому Западу себя, как целое. Время кристаллизации Феодализма, укрепления идеи у феодалов служения королю. Это было время усиления власти «вольных городов», городов – центров, развития ремесел и торговли, искусства и политики, юриспруденции и медицины. Это было время появления «светского богословия», а вместе с ним и ереси. Время появления университетов и схоластики. Это было время нарастающего конфликта между Папами и Императорами Священной Римской империи, между теократией и монархией. Оба – и Папа и Император пытались перетянуть на свою сторону городские республики, но города выросли и сделали своими инструментами обоих. Это было время раскола между крупными феодалами и императорами, между ортодоксальной церковью и духовными народными движениями. Это было время правления воинственного Фридриха I Барбароссы и Фридриха II – человека, лишь наполовину европейца. Время возникновения движений иоахимитов и альбигойцев, францисканцев – «меньших братьев» и доминиканцев – «псов господних». Это было время появления идеала служения Даме. Это было время Авиньонского пленения Пап, положившее конец огромной политической и духовной власти церкви. Время, когда Филипп IV разгромил орден тамплиеров, орден, который многие годы служил христианской вере и так вероломно преданный Папой Климентом V. Это было Средневековье.

Человек раннего средневековья видел мир как бы в магическом зеркале: он знал, что вокруг существует множество «проломов», «трещин» и «дыр», через которые в мир могут проникать силы зла. Рухнул центр вселенной – Рим - и превратился в такую огромную «дыру», которую принялись спешно «заделывать». Средневековье создало «святой город» - папский Рим. Этот город стал чем-то вроде магической печати, наложенной средневековьем на пеструю, разноязычную и разноликую Европу.

Травма, нанесенная средневековому сознанию крушением Рима, оказалась настолько тяжелой, что полностью изменила представления людей о культуре. Средневековье отказалось от стремления к «распространению» культуры, столь свойственного античности; оно предпочло магически «запечатывать» мир, сохранять его границы неизменными. Хорошим, надежным считалось то, что уже было и завершилось; слово «новшество» использовалось средневековыми писатели как осуждение недостойного, опасного.

Прием наделения поэтической, словесной формы иконической функиией
Текст у Бродского не просто описывает предметы, но иногда их изображает, подобно искусствам, построенным на иконических знаках, — таким, как живопись или кинематограф. Такая установка присуща многим поэтическим системам (например, барокко) и не является отличительным признаком именно поэтики Бродского81. Но у Бродского она выражена дово ...

«После России»
Характерные для лирики Цветаевой романтические мотивы отверженности, бездомности, сочувствия гонимым подкрепляются реальными обстоятельствами жизни поэтессы. В 1912 году Марина Цветаева выходит замуж за Сергея Яковлевича Эфрона. В 1918-1922 вместе с малолетними детьми она находится в революционной Москве, в то время как ее муж Сергей Як ...

Реальное и ирреальное в мистических новеллах Л. Петрушевской
Так что же представляет из себя этот «трансмарш», каким способом и в результате чего герои попадают из одного мира в другой? Это и предстоит выяснить нам в этой главе. «Где я была?» – вопрос героини одноименного рассказа утратил свою вопросительную интонацию уже в его заглавии. А вынесенный на обложку в качестве названия всей книги, он ...